#8

В долине Марта, которую сейчас наблюдала Анти с высоты верхних слоёв атмосферы, в пристыкованном к вертикальному лифту корабле, свет рассеивался, обволакивая в серо-голубой, немного грязный, словно дневной свет на Земле, закат. Пупырышки небольших грязевых вулканов были где-то позади. Старые-старые, а когда-то лишь недавно появившиеся от лавы, накрывшей слои влажного грунта и льда. Пустая и довольно скучная для науки местность, которую давно покинули, бросив одиноко существовать в бесконечности. Она слышала, как на мостике её команда переговаривается о совсем незначимых для неё вещах. Они ей нравились, были полезны. Она пополняла их банковские счета круглыми суммами, давала работу, но кем была для них – не знала. Стоило ли ей опасаться? Чего? И кого? Она подняла бокал со стоявшего рядом стеклянного столика и вновь посмотрела в иллюминатор. Разговоры продолжались.

– Когда я был на космодроме, то был помощником командира палубы. Почему мне нельзя даже немного порулить? Не быть же мне вечно на побегушках? Через три года даже не ищите меня. Улечу и все данные сотру.
– Ты так отца своего пугаешь что ли? – Лил рассмеялась. – Продолжай заниматься. Тебе экзамены такими темпами не сдать, если хочешь попасть хоть на один малюсенький торговый корабль. О воендронах даже не мечтай.
– Больно надо с этими оболтусами тусоваться. – Где-то в уголке раздался громкий кашель Мориса, переключившего силовую установку и снизившего обороты двигателя. Перелистывая лежащую рядом газету, он покачал головой, что-то этим сигнализируя Лил. Она ехидно улыбнулась.
– Ну и семейка у меня. Кто ж знал! – Рейн заглянул в шкаф, достал кроссовки и отправился в зал, в левом крыле станции.
– Дети с пяти лет находятся в МВЦ (Межгалактический воспитательный центр). Тебя это никогда не смущало?
– Не знаю. Я об этом не думал. А я правда ваш ребёнок?
– Сделай тест. – Лил закатила глаза, пожав плечами и посмотрев на мужа.
– Детектив так и не появлялся? – Морис прервал довольно глупый диалог.
– Нет. А где Келли?
– С Нойзом. Изучают карту. До Центры лететь даже в нашем временном диапазоне не быстро. – Рейн посмотрел на них, вздохнул, желая отдохнуть от всех этих очередных, ожидающих его семью и команду, поисков, открыл люк и вышел.

Корабль протягивался на пол километра вперёд и трижды по столько вширь, своим металлическим корпусом напоминая огромного ската с картин древних архивов их борт-библиотеки. Собранные реликвии, ценность которых ему сложно было представить, значили что-то большее, и что-то особенное, о чём Анти никогда им не рассказывала. Охотники за сокровищами, они были всего лишь инструментом, понимая это, получая хорошие бонусы и в каждой экспедиции оттачивая навыки и опыт, надеясь когда-то сойти с этого пути, накопить достаточно на своих счетах и уйти в подполье, изредка промышляя продажей информации таким же новичкам, какими они сами когда-то были.

Рейн пересек центральный мостик большого ангара, остановился посередине и посмотрел вниз на отдыхающие шатлы. Восемь штук, шесть из которых принадлежат каждому из них и два накрытых твёрдой металлической тканью, давно хранящихся и неизвестно кем оставленных. Но в тот момент, когда он подумал, что один человек на этом корабле всё-таки знает, кем они когда-то были управляемы, именно он появился вдали и направлялся сейчас прямо на него.

Анти медленно, держа руки в карманах длинной оранжевой мантии, шагала ему навстречу.
– Командир. Рад встрече. Вы наверно направляетесь в рулевую? – Она остановилась в метре от него и также, как и он несколько минут назад, обвела взглядом шатлы внизу.
– Отнюдь нет, Рейн. Мне сейчас там нечего делать. А что такое?
– Ничего, мэм.
– Опять эти твои заморочки по возрасту. В МВЦ вас изрядно понатаскали вежливости, даже удивительно. – Она усмехнулась. – Знаешь, как странно: многое, спустя даже тысячелетие, не изменилось. Это очень странно. И печально.

Он наблюдал. Она казалась ему задумчивой. Он не знал сколько ей лет. Однажды он попытался просчитать, складывая все временные отрезки и все известные прессе и внутри тесного кружка поисковиков, факты о её прошлой деятельности до возникновения команды, но так и не смог определить хотя бы примерный возраст этой женщины. Никто его не знал. Когда, где и как она начала этот бизнес, каким образом так далеко продвинулась в нём, стала известна, а среди некоторых и популярна. Её заточение в тюрьму для выяснения чего-то, о чём МСК (Межгалактический следственный комитет) отказался разглашать сведения прессе, казалось чем-то невероятным. Тогда ходило много слухов, да и до сих пор, никто не смог даже слова достать из засекреченных архивов в подземном городе среди туманных облаков. Такая молодая лицом, лет на сорок, и столько историй вместе – лет на сто пятьдесят, с учётом вневременных пересечений.

– Разве есть в этом что-то странное?
– Я тоже выросла в подобном месте. – Он впервые слышал от неё что-то, что ссылалось на какое-то её прошлое.
– Хотите сказать, что вы росли в МВЦ? Разве оно существует не более трёх сотен лет? Это очевидно. Детей забирают при рождении… Насколько я помню, там какая-то долгая процедура с обязательными тестами и прочими странными штуками. Никогда не интересовался у родителей. – Анти улыбнулась и посмотрела на этого ребёнка, младше её в несколько раз, если исчислять по её собственным часам. Она свой возраст, в отличии, от всех её коллег, знакомых и даже власти, у которой был её поддельный номер в карте – знала.
– Когда-то, очень давно, такого не было. Я не росла в МВЦ. У меня были родители, которые меня растили. Двое людей, для которых я значила что-то больше, чем для роботов все эти одинаковые в огромных ульях-инкубаторах, человеческие личинки. Они учили меня ходить, говорить, изучать окружающий меня мир. Живые люди, которым я была не безразлична. А потом случилось так, что… – Она не договорила, подошла ближе, положила левую руку ему на плечо. – Жаль, что в этом мире, в теперешнем мире, никто это даже и представить себе не может. – Она посмотрела ему прямо в глаза и задержала взгляд. – Помнишь ли для чего ты здесь? – Рейн нервничал и всеми силами старался скрывать страх, сковывающий изнутри.
– Чтобы проливать свет на тайны прошлого. – Медленно и тихо произнёс он. Так гласил основной девиз их команды.
– Вот и ещё одна маленькая тайна. Запомни её. – Она убрала руку с его плеча, шагнула вперёд, но остановилась вновь. Стоя к нему боком, она произнесла словно в пустоту.  – Мы ищем не просто архивы, Рейн. Не историю, ушедших в небытие, цивилизаций; не реликвии, которые можно продать на аукционах и торгах среди коллекционеров. Мы ищем кое-что иное, то, что я до сих пор не смогла найти одна.

Она ушла. Её шаги растворились в тишине, только она покинула мостик. Рейн ещё несколько минут стоял, смотря вниз на шатлы, с отливающими серебром накидками.
– Вы слышали? – Рейн тихо подумал про себя, удостоверяясь, что его слышат. На другом конце отозвалась Лил, подключаясь к громкой связи лёгким жестом руки по нашейному кулону air-сети семейного чата.
– Продолжай спокойно идти вперёд, мы слышали.
– Вы знаете о чём она говорила?
– О прошлом.
– Каком прошлом?
– Не забивай голову. И не надо копаться в её жизни. Ни тебе, ни ей лучше от этого не станет.
– Но ведь не просто так она мне это всё рассказала.
– Не просто так. Она нас слышала. Все семейные разговоры теперь только через внутренний чат, понял!
– Ладно. Она прослушивает нас?
– Это нормально. Это правильно. Слишком много у неё врагов, чтобы доверять даже нам.
– В любом случае, – подводя итог и закрывая тему вклинился Морис, – она не заслужила пренебрежения, Рейн. Когда придёт время, она расскажет всё сама, а пока не строй догадки. Она не раз спасала нас не говоря ни слова, и не спрашивая ни о чём. Мы с мамой обязаны ей. Обязаны тобой. Запомни это.
– Мной, что это значит?
– Всему своё время.

Связь оборвалась и Рейн двинулся в сторону зала, терзаемый вопросами, на которые пока не знал ответов. Он вспомнил тот день своего выпуска, когда его встречали родители, о которых он толком ничего не знал. Он вспомнил, как удивился огромному кораблю, впервые познакомился с Анти, как был счастлив, что наконец-то выйдет за пределы центра. Потеряй он всё это сейчас, казалось, и он перестанет существовать.

Медленным шагом, с недоумением, написанным на его лице, Рейн дошёл до спортзала, но зайти внутрь ему помешал отдалённо напоминающий человеческий шёпот где-то в конце коридора. Он, медленно ступая, направился проверить, что это за звук и не мерещится ли ему. За углом он различил голоса Кэлли и Нойза, но вторгаться в их дискуссию не стал. Они кодировали слова, используя горловую насадку. Мало было с него встречи с Анти, так ещё и эти голубки тут о чём-то воркуют на двоих, – подумал он. Но решил остаться, и будь что будет. Хуже уже не станет. Так он думал, включая запись на часах и вставляя в уши наушники перевода, какими обычно пользовались при встречах с иностранцами. Языки в их эпоху учили лишь научные деятели и исследователи, или просто какие-то фанаты, самоистязающие себя зазубриванием. 

 Кэлли и Нойз стояли в зоне затемнённого света на пути к эвакуационным шахтам, освещавшимся сейчас вдали зелёными огоньками и золотыми блестящими линиями на полу, указывающими путь спасения. Выражение на их лицах было уставшим, хотя больше напоминало тревогу и беспокойство.
– Откуда он о ней знает? – Кэлли тихонько спросила Нойза, удерживая аппарат дальней связи в руках.
– Меня больше волнует вопрос, откуда он узнал про нас?
– Здесь явно попахивает связями с этим детективом. Он мне никогда не нравился. Слишком опасный тип, чтобы доверять ему.
– Но Анти доверяет ему даже больше, чем нам. Они были знакомы ещё задолго до, а с учётом слухов, может быть и нас ещё на свете не было.
– Если же детектив на нашей стороне, зачем ему сговариваться с незнакомцем и посылать нам подобного рода информацию? – Рейн прислушался внимательней. Он старался не двигаться, даже не глотать, чтобы как можно дольше оставаться незамеченным. – Всё из-за этого учёного! – Кэлли недовольно вздохнула, а на лице отобразилось маленькими морщинками на лбу негодование. – И ещё непонятная Луна, о которой я даже и представления не имею. Что это вообще такое?
– Успокойся. Если оно не стоило того, Анти бы никогда не ввязалась в это. Разве ты не знаешь. Она бы всё также сидела в своей пещере в скале, смотрела на дождь и попивала коктейли, да виски холодными вечерами. Это что-то настолько важное, что она прилетела сюда на Марс, собрала нас вместе, встретилась с детективом, заключила сделку с Саерсом. Эту многоходовку я не могу пока понять, но Анти точно что-то задумала. Тем более, если эта информация правда, то всё становится ещё веселей! Представь, что её ID на самом деле ненастоящий. Мало того, что она постоянно на главных страницах Сансистем, так эта сенсейшн породит кучу недоумков аналитиков, которые будут рассуждать о том, что она не принадлежит ни к одной расе, населяющей солнечную систему и может быть шпионом из других галактик.
– Уж это точно, веселей! – Кэлли с сарказмом его подколола.
– Прежде, чем идти к Анти и выкладывать ей всё начистоту, давай проверим этого путешественника.
– Хорошо, я поняла, я сделаю отчёт и постараюсь отследить потоки. Но потом, мы всё ей расскажем. Обещай.
– Обещаю.
Рейн, медленно отступал к коридору в зал и только он шагнул в него, его окликнул Нойз.
– Рейн, ты заниматься шёл. Он медленно вытащил наушники, изображая, что только что слушал громкую музыку в ушах и не расслышал, что тот сказал.
– А, да! Ты тоже сюда? – Кэлли не показывалась, наверно скрылась  в правом коридоре, и решила обогнуть крыло машинным отсеком, заметая следы.
– Нет, я на мостик. Встретимся за ужином.
– Конечно. До скорого. – И они разбрелись в разные стороны, поглощённые нерешёнными вопросами.

За большими окнами иллюминаторами вдали виднелись огни космических баз и городов. Они начали отдаляться, всё дальше и дальше, пока корабль не набрал первую космическую и не включил двигатели на полную. Они направлялись к Плутону, их следующей остановке на пути к Центре.