#6

Дверь открылась и в комнату вошёл Сэм. Ничуть не удивляясь, он подошёл к Анне и отдал листок с посланием. Девочка растерянно замялась, прежде чем что-то сказать.

– Я здесь жду мисс Борбек. Думала она в кабинете. Ты её не видел? – На листке было написано быстрым почерком: «Следуй за мальчиком».
– Ты отведёшь меня в подвал, где я должна убираться? – В ответ Сэм лишь покачал головой, что, скорее всего, означало нет, чем да.

Вдвоём они вышли из холодной комнаты и направились вдоль коридора. Шли долго. Сначала повернули направо в какой-то маленький проход, освещавшийся лампой в стене, а потом вышли в просторный зал с четырьмя дверьми. Это было старое здание поместья, построенное по старому стилю, где Анна никогда не была, да ей и в голову не приходило здесь искать что-то. Мрачное ощущение неприступности, одиночества и тишины сковывало изнутри. По телу пробегали мурашки и бросало то в жар, то в холод. Иногда из невидимых щелей пробивался холодный ветерок и ощущался телом. Казалось, что всё вокруг словно кладбище старых вещей: шкафы с книгами писателей прошлого века, таинственность помещений, сверху-донизу обставленных коробками и мебелью, накрытой пыльными простынями.

Сэм подошёл к одной из дверей и позвал Анну следовать дальше за ним. Они прошли ещё один коридор и оказались в новой комнате. Анна стояла сзади и внимательно всматривалась в темноту. Потом загорелась лампа и помещение осветилось. Это был вовсе не подвал.
– Сэм, где мы? – Срах, охвативший Анну, заставил её содрогнуться, мурашки так и бежали по её телу. – Куда ты меня привёл, разве это подвал?! – Анна не кричала, она смотрела на Сэма с чувством разочарования, а почему сама не могла понять.
Сэм медленно и спокойно прошёл вдоль помещения и зажёг ещё одну лампу, стоявшую на столе. Что это была за комната, в которой валялись коробки, книги, исписанная бумага и другая мелочь, Анна не знала. Но догадывалась. Он взял два стула и поставил рядом около стола, предложив Анне присесть жестом руки. Она медленно и осторожно прошла к свету. Когда оба они друг напротив друга устроились за столом, послышался голос, уверенный и мелодично. Анна обернулась, но осмотревшись никого не увидела. Может это сон, подумала она, но это говорил Сэм.
– Извини что напугал, но я должен был так поступить. Не бойся. Это архив поместья. – Анна немного сообразив спросила.
– Мне вернули наказание? Если это так, то причём здесь ты, и почему ты говоришь? Почему они сказали, что ты немой. Я не понимаю.
– Наказание не вернули, а здесь ты потому, что я хочу тебе помочь.
– Зачем? И в чём помочь?
– Я ничего плохого тебе не сделаю.
– Только попробуй! – Он улыбнулся.
– Ты знаешь, почему директриса к тебе относится по-другому, не так, как к остальным?
– А ты значит, знаешь. Хорошо. Но и я догадываюсь.
– Ответь, что ты искала на чердаке? Очень тяжело вспоминать прошлое, которого как будто бы и не было. Проходит день, другой, месяц, год, а ты забываешь, и возвращать воспоминания становится намного сложней.
Анна не боялась Сэма, у неё было смутное ощущение того, что она его где-то уже видела или знает давно.
– Мамин медальон. Она отдала мне его перед отъездом. Я не знаю, куда направлялись родители, но уже тогда чувствовала, что они не вернуться. Мне было шесть. Няня зашла в комнату и сказала, что нам предстоит долгая поездка. Я думала она отвезёт меня к родителям, а я оказалась здесь, в этом сиротском приюте. А после я не видела ни няню, ни других слуг, ни друзей родителей, никого! Словно никого и не было никогда. Они даже не попрощались. – Анна говорила спокойно, хотя глаза девочки вновь и вновь наполнялись слезами. – Родители погибли, как мне сказала директриса в мой первый день здесь и тогда я всё поняла: поведение няни, которая всю дорогу не смотрела мне в глаза. В общем, не думаю, что эта история интересна, но с того времени мой медальон пропал. Я думала, что потеряла его. Но когда в приют привезли новеньких сирот, я заметила, как их вещи собирают в коробки и заносят в хозяйственные помещения в задней части поместья. Оттуда есть вход как на чердак, так и в погреб. Я не видела, чтобы коробки выбрасывали. Очевидно, что я подумала, что мой медальон там. Но на чердаке не оказалось коробок. Но они могут быть здесь. – Анна резко поднялась и задумалась. Наступила пауза. Сэм внимательно посмотрел на неё.
– Здесь его нет. Я не могу сказать тебе сейчас всей правды, но знай, Генри не намерена возиться с тобой долго. И если ты в скором времени не станешь такой же, как все, то боюсь, тебя ждут серьёзные неприятности. – Она стояла опустошённая, не понимая, о чём он говорит. Анна направилась к двери, у которой остановилась. Медленно повернувшись она посмотрела на Сэма.
– Послушай, Сэм, у тебя может с головой не всё в порядке? Не знаю, почему я должна тебе верить. Зачем ты меня сюда привёл, да ещё начал давать советы, как мне себя вести? Кто ты?

Сэм встал и подошёл к самому дальнему стеллажу, который весь был набит коробками. Всё это пыльное барахло хранилось здесь уже много лет. Достав нужную, Сэм поставил её на стол и начал искать какую-то бумагу. Анна начинала злиться. Наконец-то, мальчик нашёл то, что ему было нужно.
– Анна, я не сумасшедший. – Сэм повернулся и пошёл напрямик к ней. – Я искал здесь доказательство, но его я отдам тебе только после того, как проверю. – Анна стояла скрестив руки и не сводя глаз с Сэма.
– Это игра такая?
– Сейчас пора возвращаться, и помни: для всех я немой. – Сказав это, Сэм быстро поставил коробку на место, взял лампу и, схватив Анну за руку, побежал из архива.
– И почему мы бежим? В чём дело?
– Время.
– Какое время. И что за бумага у тебя в руке?
– Потом, а сейчас пора обратно в кабинет.
Пробежав весь тот путь, по которому они пробирались до подвала, они снова оказались в коридоре, напротив кабинета мисс Борбек.
– Анна. – Сэм отдышался. – Тот совет, который я тебе дал, ты должна меня послушать иначе всё провалиться. Да, я знаю, что ты и понятия не имеешь, о чём я говорю, но ты должна мне верить. Сейчас подойдёт мисс Борбек, ты скажешь ей, что всё это время ждала её здесь. Я точно знаю, где она была и поэтому будь уверенна, что она тебя не искала. А дальше, к сожалению, твоё наказание осталось в силе.

Анна молчала.
– Я прошу тебя, ты должна изменить отношение к директрисе, не ищи то, чего здесь нет. Я помогу тебе, но позже.
– Откуда ты знаешь? Ты мог всё это придумать.
– На обратной стороне твоего медальона высечена фамилия твоей мамы –  Картер.
Послышались шаги и скрип открывающейся двери. Сэм бросился обратно в маленький коридор и скрылся в темноте. Шаги приближались всё ближе и ближе и, наконец, в конце коридора появилась фигура мисс Борбек.
– Анна, я прошу прощения, что заставила тебя ждать здесь. Этого требовали кое-какие обстоятельства.

Подвал, в котором Анне предстояло работать, был настолько мрачным: паутина, пауки, запах гнили и болота, обветшалая мебель, крошащиеся от старости стены, и мыши, бегающие из угла в угол. Но Анну в данный момент волновало лишь то, что сказал Сэм. Но должна ли она была послушаться Сэма. Она ему не верила.

Уставшая от разборки хлама, Анна шла медленной и нервной походкой в столовую на ужин. В подвале она провела почти три часа. Руки болели от перетаскивания коробок в мусоросжигательную машину, благодаря которой отапливалась одна из частей дома. Голова была опустошена тяжёлой работой. Еле-еле отмывшись от всего этого кошмара, Анна вошла в столовую, которая уже была наполнена. Она села за последним столом и даже не замечая, что в тарелке, проглатывала ужин ложка за ложкой. Анна никого не замечала, мечтая поскорее уснуть и проснуться в каком-нибудь другом месте, где-то далеко-далеко, но не в своей комнате, заменявшей ей дом вот уже четыре года.

Ученицы шёпотом обсуждали завтрашний день, а преподаватели разговаривали о жизни, политике и будущем страны. В это время их не волновали проблемы поместья, их рабочее время закончилось, а следовательно и все заботы отошли на второй план.
До Анны же никому не было дела. Лишь один человек в этой столовой смотрел на Анну не отрывая глаз понимая, что она сейчас чувствует – это Сэм.

Этой ночью девочка спала плохо. Луна всё также светила в окно, согревая своим сияньем стены маленькой узкой комнатки. Из-за резкого шёроха, она проснулась и подняла голову с подушки, пытаясь открыть глаза, ослеплённые лунным светом. Её голос медленно, но чётко проговаривал одну и ту же фразу, которая казалось не имеет никакого смысла.
– Стрелки на север, на юг и по кругу…
Но через несколько минут в комнате опять воцарилась тишина, уже не томная как прежде, а наполненная приятным чувством победы. А на лице Анны просияла нежная и радостная улыбка, освещённая светом.

Наступило воскресенье, что значило приближение долгой и неприятной учебной недели. Все давно встали и шли по очереди в умывальню. За окном моросил мелкий дождик, но солнце всё же иногда выглядывало из-за туч. Утро Анна провела в библиотеке, делая уроки, поставив себе план выполнить их до обеда. Ей вновь предстояло спускать в подвал, как и вчера. Со всем управиться в один день было невозможно и Сьюзен перенесла всё на воскресенье.

Пришло время обеда и Анна как и всегда сидела одна с неохотой заглатывая суп ложкой, одну за другой. Сэма она не видела, а на обеде он тоже не появился. Ей хотелось увидеть его, поговорить, но чувство волнения каждый раз останавливало её.
После обеда Анна направилась в большой сад. Во дворе играли маленькие подростки. Взрослые ребята ходили по аллеям и разговаривали о предстоящей неделе или сидели на лавочках под широкими и раскидистыми деревьями. Холодный ветер сковывал тело, развевал волосы, но ей было всё равно. Сэма нигде не было.

– Анна! – Послышался ехидный голос сверстниц. – Ты опять одна, ой, как тебе наверно одиноко, может выкинешь что-нибудь завтра на занятиях? А то нам стало как-то скучно без твоих проделок.
– А я не соскучилась по вашим противным голосам. – Проговорив девочкам это вслед, она быстрым шагом направилась в холл. Ученицы лишь посмеялись ей вслед.
– Только нашла себе компанию и сразу же её потеряла. Знаешь Кэт, меня иногда в дрожь бросает при её виде. У меня такое предчувствие, что всё будет по-другому. Анна изменилась. Видимо наказания стали хуже…

Анна сидела в холле с книгой в руках, делая вид, что читает. На душе было непонятное чувство тревоги, злобы, ожидания. Сердце разрывалось на куски.
– Опять одна, что это значит? Может просто шутка, ведь у меня нет друзей или они что-то знают про Сэма? Где он? Вчера они точно видели меня с ним за обедом, а сегодня увидев без него нашли тему для обсуждения. Наверно всё было так. Спросить? Нет, конечно нет. Я сама узнаю где он, надо лишь придумать повод и подойти к мисс Борбек. – Размышляя на ходу, Анна побежала к кабинету управляющей. Вот впереди неё длинный коридор, дверь в конце и маленький проход справа, через который скрылся вчера Сэм. Она спокойно и медленно, успокаивая дыхание подошла к двери и постучала три раза, ожидая ответа.
– Войдите. – Анна вошла, закрыв за собой дверь, и делая вид послушной девочки, поздоровалась.
– Да. Может я не вовремя, но я бы хотела узнать во сколько мне начинать уборку сегодня? – Задав вопрос, Анна медленно начала осматривать кабинет. Всё было, как и вчера. Мисс Борбек сидела за столом и оформляла какие-то бумаги, даже не смотря на Анну она ответила.
– Я забыла тебе передать. Хорошо, что ты зашла. Сегодня ты не будешь убираться.
– Правда?
– Да, я отменила твоё наказание. Можешь идти.
Развернувшись Анна начала уходить, но она не могла уйти, не узнав ничего о Сэме, да и о том, кто отменил ей наказание. И резко развернувшись она продолжила.
– Мисс Борбек…
– Да, ещё что-то?
– Я хотела бы узнать, почему мне снова отменили наказание? Это сделала миссис Джорджсон? – Борбек не смотрела ей в глаза, но девочка видела, что в её глазах есть какая-то грусть и тоска.
– Анна,  ты умная девочка, и разве ты думаешь, что Генри отменит тебе наказание? Это политически противоречит уставу. Давай не будем притворяться. Здесь, в этом кабинете, ты можешь говорить всё, что хочешь. Обещаю, что это останется между нами. Возможно это звучит странно, ведь ты меня тоже, наверно, не понимаешь, но наказание отменила тебе я. Не хочу, чтобы в моём приюте умирали дети, после того, как подцепят себе какую-нибудь заразу или простуду. Тем более в подвале обнаружились крысы. Сегодня там разбросали отраву, так что, пожалуйста, прошу тебя, не ходи туда также, как и на чердак. Хорошо?
Анна, недоумевала. Ей всё казалось нереальным и странным. Словно в один день всё перевернулось вверх дном.
– Мне очень приятно слышать от вас такое, хоть я и не верю вашим словам. Но, спасибо.
– Я понимаю. Если это всё, то можешь идти. – Анна знала, что это не всё, но не могла спросить. И подойдя к двери медленно её открыла.
– Анна.
– Да, мисс Борбек.
– Подумай хорошенько о будущем.
– Простите?
– Это всё, иди. Не забудь закрыть дверь.
И Анна вышла, тихо захлопнув дверь. Она переживала теперь ещё сильнее. Ничего и никого не имея за спиной, бедная, но умная, она шла прямиком в свою комнату, где лёжа на кровати, обдумывая всю свою прошлую жизнь, заснула, проснувшись уже только поздно вечером.

Ей не с кем было поговорить, никто не мог её выслушать.  Всегда одна, даже Сэм, появившись так неожиданно и вроде бы дав надежду на лучшее существование в этом приюте, исчез бесследно. А может его и вовсе не было. Нет он был, и понимая это, Анна решила осуществить то, что задумала ещё вчера ночью.

Она проснулась поздно. Ужин уже прошёл и все были в своих комнатах, свет почти нигде не горел. Чувство голода не мучило её, она выдерживала муки и пострашней. Два года назад Анна устроила голодовку в протест директрисе и проголодала почти два дня, пока её не наказали и не заставили стоять коленками на горохе. После чего она упала в обморок и проспала почти целый день.

Быстро одевшись, она очень тихо, не одевая обувь, направилась в холл, где можно было спрятаться за стеллажами, а после направиться в длинный коридор. Там находился совсем незаметный проход к её цели. На часах стрелки замерли около десяти. Она знала, что в это время управляющая выходила из своего кабинета и начинала дежурство, проверяя комнаты. Комната Анны была на втором этаже, а если на каждом этаже по двадцать комнат, то примерно через полчаса доберутся и до её двери. Время поджимало. Анна слишком долго спала, что повредило планам, но шанс оставался и нужно было его использовать.

Анна бегом побежала по коридорам в старое крыло. Преодолев несколько проходов, она оказалась у желаемого поворота, но тут раздался скрип, и не смотря в конец на открывающуюся дверь, она преодолела ещё пять метров и нырнула в маленькую арку, находящуюся в тени. Первое было сделано, оставалось лишь полчаса, чтобы достать то, что ей было необходимо. В маленьком коридоре горела лишь свечка, которую Анна, даже не думая, взяла себе. Быстро пройдя в комнату с четырьмя дверьми, она открыла ту, через которую они входили. Преодолев ещё немного пути, она очутилась у ещё одной двери. Это была дверь в архив.

Она там, где мечтала оказаться со вчерашнего вечера. Оставалось лишь зайти и проверить, что было в коробках из которых Сэм взял какой-то документ. Анна, в предвкушении удачи, дотронулась до ручки, но дверь была закрыта. Но ещё вчера она была открыта!

Чуть не со слезами на глазах она пробовала открыть дверь, но та была крепко заперта. Времени не оставалось и Анна, понимая, что ничего не изменить, бегом побежала обратно.

До лестницы она добралась за пять минут, поднялась на второй этаж и встала за углом. Борбек должна была быть в начале пути, где другая лестница, по которой она всегда поднимается. Так и было. Сьюзан приближалась всё ближе. Комната Анны была последняя. Оставалось самое сложное: проскользнуть три метра и тихо войти, чтобы Борбек не заметила шума, пока находилась с проверкой. Дверь открывается и Сьюзан уходит в неё с головой. Секунда, две. Анна уже у двери, вход открыт, но мимолётно, Анна направляет взгляд направо, и застывает на месте, где Сьюзан Борбек со свечой в руке смотрит прямо ей в глаза. Тишина. Девочка стояла, ожидая разъярённую управляющую с вопросами, но мисс Борбек, посмотрев на Анну с совершенно спокойным видом, не проверяя детей до конца погасила свечу, сделав разворот, направилась на лестницу. Анна слышала, как Сьюзан спускалась по лестнице, а звуки её шагов медленно исчезали, унося её в старое крыло поместья.

Засыпая, Анна старалась ни о чём не думать, медленно уносясь в мир снов. А под дверью лежал конверт с запиской и с бумагами, которые она искала.


Глубокой ночью, когда все уже спали, а небо всё ещё горело багровыми облаками далёкого заката, из поместья вышли двое: женщина и ребёнок. Вдали виднелся лес со своими голыми верхушками, ещё не покрывшимися листочками после холодной зимы.

Повозка тихо отдалялась от поместья, унося с собой того, кто совсем недавно вошёл в грубый и безжалостный мир, со своими круговоротами судеб и историй, подвластных лишь времени. За стеклом, мерцающим под блеском одинокой луны, проносились быстро сменяющиеся пейзажи, леса и озёра, далёкие огни, почти не различимые в темноте. А впереди была лишь дорога, ведущая в необъятную и совершенно неведомую нашему глазу – неизвестность.