#3

Первый день весны, как он прекрасен. Снег почти сходит на нет, а туман, клубившийся за окном начинает исчезать. Сквозь серое небо морозного утра пробиваются первые лучи солнца. День предвещает хорошую погоду. В старом здании приюта тихо. Не слышно ни шороха, ни скрипа. Все дети спят по своим комнатам. К воротам старого и местами разрушенного поместья подъехала коляска. Лошади тяжело дышат после долгой дороги. Женщина помогает мальчику лет десяти спуститься со ступенек. У дверей главного входа гостей встречает директриса интерната для девочек – Генриетта Джордсон. Управляющая, Сьюзен Борбек, за руку ведушая ребёнка, быстрым шагом направляется в кабинет за миссис Джордсон, расположившийся на четвёртом этаже здания, под самым чердаком. Они проходят большие коридоры, освещенные старыми лампами, с отсутствующей мебелью в проходах. По прибытию на место директриса садится за главный стол, расположенный перед огромным окном. Наблюдая из него, можно было бы охватить всё поместье, распространившееся на сотни гектаров вдоль и поперёк, впредь до главного забора и озера, расположенного за границей владений Генриетты.

Мальчика посадили на кресло перед столом. Управляющая стояла сзади и ждала распоряжений. Она, то и дело, посматривала на мальчика, лицо которого сияло от солнца, слепившего ему глаза. Его одежда была грязной и порванной, а на левой руке красовался продольный шрам. Он пристальным взглядом изучал стеллажи кабинета, на которых стояли книги, с красивыми цветными ободками обложек, а также глобус на столике около кресла, расположенного по правую руку от него. Директриса долго копалась в бумагах, но, наконец, достав листок с гербом приюта. заговорила низким и местами грубым голосом.
– Где вы его нашли? – Её голос звучал бодро.
– Позвонил управляющий одного маленького кафе в западной части города и попросил забрать мальчика, который довольно долго сидел у них и молчал. Он также сообщил, что мальчик возможно из бедного квартала и не имеет родителей.
– Проведите расследование и узнайте, откуда он, а сейчас приготовьте комнату и одежду. Придёте за ним через пятнадцать минут. Я попробую с ним поговорить.
Управляющая, молча кивнув, вышла из кабинета. Пришла очередь мальчика и ему начали задавать первые вопросы.
– Как тебя зовут? – Генриетта внимательно следила за движениями своего собеседника, который и не собирался ничего говорить. – Ты можешь говорить? – Но ответа не последовало. Мальчик сидел молча  и пристально вглядывался в женщину перед ним. Седые волосы, зачёсанные в пышный пучок, заколка из золота, со светящимися на солнце камнями. Красивое бархатное тёмно-зелёное платье, с узорами и вставками бордового шёлка.  Вдруг он взял со стола ручку с листком и написал своё имя.
– Сэм? Значит ты не можешь говорить, но тебя где-то научили писать. – Вздохнув, взяв листок, расстроившись, она с неохотой сообщила. – Пока это твой дом и здесь ты будешь жить, если никто не заберёт тебя до совершеннолетия. А там посмотрим.
В дверь постучали. Директриса сделала движение рукой, чтобы управляющая чуть-чуть подождала и продолжила.
– Тебя сейчас отведут в комнату, где ты отдохнёшь. В полдень у нас обед. За тобой придут. – Последние слова были адресованы главной управляющей.
Сьюзен подошла к Сэму, но остановилась, чтобы доложить.
– Мне сообщили, что этой ночью Анна опять гуляла по поместью. Её нашли на чердаке. -Директриса задумалась.
– Опять. Что на этот раз она сказала в своё оправдание? – Сэм с интересом слушал этот диалог.
– Сказала, что играла с привидениями. – Они переглянулись, не обращая внимаие на Сэма.
– Конечно. Больше нечего было придумать… В обед пришлите её ко мне, придумаю очередное наказание. И не забудьте запереть её на пару часов. Пусть подумает о своём поведении. Хотя, в который раз…
– Как обычно. – С этими словами Сьюзен взяла мальчика за руку и вывела из кабинета, оставив директрису, немного взволнованную происходящими событиями.

Было уже около полудня, когда от серого неба ни осталось и следа. Вместо него теперь красовался голубой свод без единого облачка, а морозный и хрустально-чистый воздух пробивался сквозь щели окон. Был слышен щебет птиц. Суббота предвещала быть замечательной для прогулок, но не для Анны, которая находясь у себя в комнате, ждала встречи с директрисой.

Дни  в сиротском приюте тянулись долго. С понедельника по пятницу дети проводили время за учёбой, которая занимала почти весь день. Просыпались они со звоном колокола. Занятия начинались после завтрака, в девять. Суббота и воскресенье считались выходными, установленными государством, но будь воля директрисы, она бы  и их сделала учебными днями. Ей никогда не нравилось смотреть на детей, играющих в саду или спокойно проводящих время в гостиной большого дома.

За порядком следили старшие учителя или сама управляющая, имеющая в своём распоряжении рабочих.  Так проходил день за днём, пока в приют, четыре года назад, не привезли девочку, только что лишившуюся родителей. Сейчас, сидя в своей маленькой комнатке, где находилась кровать, на которой она спала, шкаф где висела форма, и стол, за которым приходилось сидеть по несколько часов, делая домашние задания, задаваемые злыми учителями, помешанными на своём предмете, девочка думала о своём ночном походе на чердак. Она не знала, как оправдаться и сейчас занималась только придумыванием загадочной истории про привидений, в которую всё равно никто не поверит.

Анне было десять лет. Она была небольшого роста с короткими рыжими волосами и таинственными зелёными глазами, которые раздражали директрису своим пристальным взглядом. Так казалось самой девочке. Несморя на то, что она прожила в приюте четыре года, устои и суровое расписание не изменили её. Она отличалась от всех своих ровесников, да, впрочем, и от всех детей приюта. Не была спокойной, хотя правил и законов поместья старалась придерживаться, потому что нарушать их было не в её интересах, и не соглашалась ни с кем, высказывая своё мнение каждый раз. когда оно отличалось от мнений учителей по любому поводу, что случалось очень часто. У неё не было друзей. Все дети, которым было интересно с ней общаться, тут же запугивались и им не разрешалось к ней больше приближаться. Вопрос почему часто крутился у неё в голове. Ответа она не знала.

– Разве можно запрещать общаться? Ничего плохого не делаю, никого не подговариваю, да и вообще просто хочу иметь друзей. Директриса так сильно обо мне печётся, постоянно следит. Она меня ненавидит? За что?

Девочка явно отличалась от ровесников и сообразительностью, и предприимчивостью, а также имела дар замечать и запоминать всё, что увидела и услышала. Она всё ближе и ближе приближалась к разгадке своего маленького секрета, когда вдруг на чердак нечаянно заглянула служанка, чтобы взять новую швабру. И за это ей теперь в очередной раз приходилось был запертой в комнате.

Послышался звук открывающейся двери и в неё вошла Сьюзен Борбек.
– Ты готова?
– Да мисс.
– Тогда пойдём. Тебя ждут.
Они вышли. Анна шла за Сьюзен сзади, подсматривая в открытые комнаты и залы, где сейчас, сидя за уроками или играя в настольные игры, резвились дети, если это можно было так назвать. Ведь в приюте не было больше таких детей, как Анна. Все они играли лишь в шахматы или шашки, не нарушая тишину ни на секунду.

Спустившись со второго этажа, на котором располагалась комната Анны, на первый, они поднялись по самой далёкой лестнице на третий этаж и пошли вдоль коридора, остановясь у самой дальней комнаты.
– Куда мы пришли? – Спросила Анна. – Кабинет директрисы ведь на четвёртом этаже.
– Подожди здесь. – Управляющая вошла в комнату и через несколько минут вышла из неё с мальчиком.
Анна растерялась. Мальчик смотрел в её зелёные глаза не моргая несколько секунд, а его лицо оставалось спокойным и уравновешенным. Она знала, что вчера Генри, как она звала главную про себя, уезжала куда-то, ведь именно этим отсутствием она и воспользовалась, чтобы прокрасться на чердак. Но она не думала, что к ним привезут нового постояльца.
Управляющая поставила мальчика рядом с ней. Он был не намного выше Анны.
– Это новый ученик нашего приюта, временно. – Мальчик вновь взглянул на неё, будто вспомнив что-то. – Пока он будет учиться здесь. Но не думаю, что он станет твоим другом, так как я ему обязательно расскажу о твоём непристойном поведении. – Управляющая перевела взгляд с Анны на мальчика, который стоял молча, направив свой взгляд куда-то вдаль. – А сейчас направляйтесь оба за мной. Сначала я отведу тебя, Анна, к миссис Джорджсон, а потом этого юношу в столовую.

Они молча шли по коридору, когда Анна решила спросить своего спутника.
– Как тебя зовут? – Но на её вопрос послышался ответ мисс Борбек.
– Не старайся, он не может говорить. Зовут его Сэм.
Анна удивилась, впервые задумавшись, какого это не говорить. По телу, как мурашки, пробежался холодный ветерок, затронув каждую клеточку её тела, заморозив язык, что она не могла сказать ни слова. Ей стало обидно. Ощутив на себе чей-то взгляд, она повернулась и уткнулась головой в плечо Сэма. Он смотрел на неё, желая что–то сказать. Его лицо отчего-то светилось радостью, а лёгкая улыбка говорила о том, что у него всё хорошо. Анна не могла этого понять.

– Как он может радоваться тому, что теперь будет жить в этом приюте, среди лжецов, завистников, ябед и эгоистов? Хотя может эта жизнь лучше той, откуда его привезли? Тогда я ничего не могу поделать, но я обязательно поговорю с ним. – Думала она.

Пока Анна рылась у себя в голове, прикидывая, что сказать Генри, они подошли к двери кабинета, в которую ей предстояло войти. Она постучала. Когда она открывала дверь, то мимолётом посмотрела на уходящую управляющую и мальчика, который, как ей показалось, хранил много тайн и секретов. Он же, как ни странно, оглянулся назад и помахал Анне в ответ. Отчего вопросы в её голове только увеличились.

День только начинался.