6.3 Бабушка и дедушка

Согласно одной из легенд, днём птицы собирают информацию со всего мира, а вечером садятся на плечи хозяина и рассказывают ему на ухо то, что видели и слышали. 


Где-то на пересечении пустошей, на окраине, среди маленьких кирпичных домиков с покатыми крышами и ржавыми заборами, со скрипящими ставнями на них, где по пыльным обочинам разбросаны клочья облетевших желто-красных кленовых листьев, тишину пустого и одинокого сада нарушает резкий стук в дверь. Сора оглядывается, оторвав голову от придерживающей её за подбородок руки, освобождает серый едкий дым из легких и медленно направляется открывать. Черный кот смотрит настороженно со второго этажа вниз, замерев на месте и прижав уши с опаской и в неизвестности. 

Солнечный свет падает красивым рисунком сквозь занавески на стол. В трубке догорает табак, а недалеко стоит остывшая чашка, где кофе оставил на дне странные разводы из двух колец и полумесяца над ними.

Сиджиро ждет на пороге. Думая о чем-то, он поднимает голову вверх и смотрит на нежно-голубое небо без облаков. Дверь открывается. Он заходит и закрывает за собой.

Щелчок. Капля.

Какое-то время они молча сидят на кухне, наблюдая, как горячий пар начнет покидать стоящий на плите чайник и засвистит, оповещая о готовности будущего отвара.

– Прости меня. – Сора молча смотрит на него, не показывая никаких эмоций на своем лице.
– За что? – Спрашивает она искренне не понимая.
– За то, что перестал тогда искать. – Она вновь кладет трубку и снимает чайник с плиты, заливая сухие листья, ягоды и стебли горячей живительной жидкостью.
– Мы уже давно опоздали с извинениями… – Сиджиро встаёт и берёт её за руку в безмолвном вопросе. Она ставит кувшин на стол и медленно, смотря ему в глаза, приближается и обнимает. – Но мы всё ещё можем что-то исправить. 


За окном солнце скрывается за тучей.
Из сухих трав начинает тонкими струйками тянуться вверх разноцветный нектар заварки.