2.3 Комната в пустоте

Спустя пару часов, лежания в неизвестности, словно во сне, но без сна, Миото садится, обнимая колени. Ни холодно, ни жарко. Никак. Она вспоминает, что когда ложилась на ковер в доме, она всегда замерзала и нужно было приносить с собой плед и подушку, чтобы не мёрзнуть. Но зачем было лежать на полу, а не пойти в кровать, она не думала. Ей важно было просто распластаться посередине комнаты и наблюдать, как свет двигается по потолку различными узорами. Сейчас не было ни комнаты, ни потолка, а свет просто был, заполняя пространство своими частицами.

– Это не сон, но это мне когда-то снилось. Я помню. – Голос тихий, безразличный, пугающий её саму. – У меня есть тело, голова, мысли и вроде как я жива. Но тут нет границ, хотя я чувствую опору под собой. Поблизости нет препятствий, но идти куда-то вперёд – страшно. И если бы я умерла, разве я хотела бы есть? Еда! Почему я хору есть? Что это за рай такой? От голода что ли умирать второй раз тут? Совсем больные? Что за менеджмент у вас тут!?

Вместе с криком и раздражением в голосе вдруг опять появляются капли воды и поверхность под ней вздрагивает, будто при слабом землетрясении. Миото теряет равновесие и падает набок, головой вниз. Машинально успевая подставить руки, она стукается, но держится за голову, защищаясь.

– Землетрясение? Хорошо хоть учения не прошли даром! – И вдруг, подняв взгляд, поправив растрепавшиеся волосы, свисавшие на глаза, она видит перед собой комнату.

Дверь, окно. Четыре стены. Кухня, стол, стул, и даже холодильник. Дверь в маленькую комнату.

– Кровать? Туалет? Я что в заложницах? – Оглядывается, поднимает голову вверх. – Мы в студии какой-то? Потолка-то нет. И что это за любовь к белому цвету?

Устав думать, она направляется к холодильнику. Спустя время, комнату наполняет звук слива туалетного бочка и после скрип кровати. Она лежит и смотрит вверх.

– Где ваша камера? Хотите кино снимать, попробуйте только, идиоты. Но матрас и подушка удобные. Может высплюсь в кой-то веки. Если холодильник сам будет пополняться полезной едой, то так можно и пожить какое-то время. – Думает про себя: если меня украли, то как далеко меня могли увезти? Пусть забирают то, что хотят. Зачем шоу устраивать.
– Так зачем? – Говорит вслух. – Напоили меня чем-то, так, что у меня теперь галлюцинации. Эти кап-кап меня выводят из себя.  – Она смотрит на кран на кухне. Он не капает. – У вас что протекает что-то? Может мозги капают из головы?

Она смотрит на окно и на дверь, до сих пор не решаясь к ним подходить, она делает это. В окне пустота, всё тот же свет. Дёргает ручку двери, открывает. Всё та же пустота и свет. Выходит. Хочет вернуться, но комната исчезла.

– Снова? Я только хотела отдохнуть! – Дёргает ручку двери, одиноко стоящей посреди пустоты. Обходит со всех сторон. Садиться на корточки. Закрывает глаза.

– Я устала! Что вы хотите?! – Смех. Она слышит чей-то звонкий смех. Вскакивает и оглядывается. – Кто здесь?

Из пустоты, словно из тумана, медленно к ней приближаются с четырёх сторон четыре фигуры. Миото напряжена. Каждый её мускул вибрирует, будучи готовой защищаться. Она кружит головой, пытаясь найти путь для побега, но бежать некуда. Фигуры приближаются ближе и она вдруг понимает, что это всё – её собственные отражения!

Каждый раз, смотря на фигуру перед собой, она видит себя, но… Зеркала? Огромные стены – это зеркала, отражающие пространство, словно стеклянный куб? Но это не я. Её испуганное лицо искривляется в страхе. Отражения двигаются ближе, но она стоит, как статуя, высеченная в скале на обрыве. Нет. Это не она. Это кто-то другой. Четыре похожих на неё девушки в масках. Они поступаются ближе и переступают невидимый заслон, словно порог ограждающий её от них.

Ты боишься? – Это мой голос так звучит?

2 – Ты не понимаешь? – Это сон, я сплю?

3 – Ты сама знаешь, что это не сон.

4 – Отсюда не убежать. Ты останешься здесь с нами.


Кто вы? – Они двигаются к ней всё ближе, пытаясь ухватить её руки. – НЕТ! – Она закрывает глаза, садится на корточки и кричит. – Вы в моей голове, это сон, это всего лишь страшный сон!